Фредди отложил ручку и впервые поднял голову, чтобы посмотреть на нее. Перед ним сидела изящная красивая молодая женщина с черными как смоль волосами, большими темными глазами и полными губами.

Мэдисон ответила ему смелым, почти вызывающим взглядом. Она тоже рассматривала его. У Фредди было непроницаемое лицо профессионального игрока в покер, которое казалось холодным и неприступным, даже несмотря на приятные, правильные черты. Прямые каштановые волосы были чуть тронуты на висках сединой, а быстрая улыбка, заставлявшая чуть-чуть кривиться прямой решительный рот, совсем не отражалась в глазах, которые оставались холодными и внимательными.

— Доброе утро, мисс Кастелли, — промолвил Фредди. — Как вам, наверное, известно, я принял вас лишь в качестве очень большого одолжения, которое я сделал из-за моих… гм-м… друзей. Обычно я не даю интервью, о чем вы, конечно, знаете.

— Я знаю, мистер Леон. Наверное, поэтому к вам послали именно меня. Мне приходилось брать интервью у людей, которые, как и вы, не любили общаться с прессой. И многие из них в конце концов остались довольны, хотя были и исключения. — Она улыбнулась. — Я надеюсь, что вы не окажетесь в числе последних, мистер Леон.

Фредди улыбнулся в ответ, но его взгляд так и не потеплел.

— Должен вас предупредить, мисс Кастелли, что я — довольно скучный собеседник, — сказал он, постукивая по столу согнутым указательным пальцем.

— Разве это не мне решать? — рассмеялась Мэдисон.

— Кто знает… — Фредди пожал плечами. — Смотря по тому, какая вы журналистка. Кстати, вы действительно так хороши, как мне сказали?

— Ну, об этом надо спрашивать не у меня, а у тех, с кем я работала раньше, — спокойно ответила Мэдисон, хотя эта хорошо замаскированная атака переставала ей нравиться. — Мне приходилось брать интервью у Генри Киссинджера, Фиделя Кастро, Маргарет Тэтчер и Шона Коннери, так что выбор за вами.